Милость Прабхупады

Аудиолекции и книги

cover

Воспоминания о Прабхупаде. Фильм 28

28-01 Вайясаки даса

Первая встреча со Шрилой Прабхупадой стала для меня настоящим откровением. Конечно же, я уже слышал о нем, я видел преданных на улицах, я слышал, как они воспевают, и я уже посещал храм. Я тогда был рок-музыкантом, и пытался заниматься этим в Лондоне. Я приехал в Лондон, чтобы прославиться известным музыкантом. Но я постоянно встречал везде преданных, и это меня привлекло. Я начал приходить в храм. Затем, в 1973 году Прабхупада собрался приехать на Ратха-ятру, где я и должен был в первый раз увидеть его. Ратха-ятра началась у Мраморной арки, но я чуть-чуть опоздал. Шествие уже началось. Я прошел вперед, и увидел Прабхупаду, танцующего на дороге, окруженного кольцом преданных. Это был 1973 год. Ему было тогда 77 лет. Он танцевал в течение всего пути, который составлял 4-5 миль. Он всю дорогу танцевал. А я стоял и смотрел на это. Это было очень экстатично. Иногда он останавливался. Танцуя, он уходил немного вперед, как это обычно происходит. Тогда он останавливался, оборачивался и начинал смотреть на колесницу. Он поднимал своим руки вверх, смотря на Господа Джаганнатху. Когда полицейские видели, что парад останавливался, они начинали немного волноваться, и говорили: «Не могли бы вы попросить Свами двигаться дальше». И преданные отвечали им: «Да, офицер». Но они ни разу не сделали этого. Он танцевал всю дорогу. Очень вдохновляло видеть 77-летнего человека, исполненного экстаза Кришна-премы, и танцующего всю дорогу. Затем, когда они прибыли на Трафальгарскую площадь, они провели там большую церемонию со свадьбой и огненной ягьей. Это был мой первый очень грандиозный и фантастический опыт встречи с Прабхупадой.

28-02 Мокша Лакшми даси

Первый раз я встретила Шрилу Прабхупаду в 1973 году на Ратха-ятре в Лондоне. Я начала общаться с преданными Прабхупады с того момента, когда они заняли первое или второе место на Хит Параде в Лондоне в 1969 году. Так что прошло много времени, пока я собственно не встретила Прабхупаду. Я стояла в толпе на Ратха-ятре и распространяла прекрасные журналы, которые преданные лондонской ятры напечатали специально для Ратха-ятры. Итак, я распространяла их. Днем в спешке я уже видела Прабхупаду, выходящего из большой машины. Внезапно без какой-либо на то причины все волосы на моем теле встали дыбом, и я почувствовала невероятный прилив энергии. Я посмотрела через плечо, и увидела, что за мной был какой-то санньяси, а сразу за ним был Прабхупада. Он был прямо за мной. Он танцевал с поднятыми руками, подпрыгивал вверх и делал свами-степ. Это было невероятно, потому что я сначала почувствовала Прабхупаду, а потом уже увидела. До сих пор я помню этот необыкновенный восторг, который пронесся по моему телу, увидев то, как Прабхупада танцевал и пел. Это было удивительно.

28-03 Мангалананда даса

Первый раз я увидел Прабхупаду на фотографии на задней обложке альбома «Чинтамани». Я зашел в гости к двум людям, переехавшим в маленький домик за фермой, на которой я жил, в северной части штата Нью-Йорк. Я по-дружески пришел к ним и сказал: «Привет». Они пригласили меня внутрь и угостили чаем. У них играла какая-то музыка, и я сказал: «Мне нравится». Они сказали: «Да, это гуру, его зовут Прабхупада», и показали его изображение на альбоме «Чинтамани». Он улыбался. Они сказали: «Он очень возвышен». Я ответил: «Да, звучит очень духовно». Затем они перевернули обложку альбома и сказали: «А это Бог. У Него есть своя планета». Я подумал: «Ого». Мне понравилась эта идея. Это был первый раз, когда я увидел лицо Прабхупады. Меня все это заинтересовало, поэтому я пошел и купил «Бхагавад-гиту».

28-04 Сатьянарайана даса

Я стал приходить в храм, начиная с 1969 года. Вы строите какие-то ожидания после того, как в течение двух лет слушаете лекции, регулярно приходите, видите фотографии, слушаете, как Прабхупада говорит. Поэтому когда в конце концов пришло время этому случиться, я думал: «Сейчас я встречусь с удивительным человеком». Но это оказалось намного выше моих ожиданий. Это было настолько чудесно, что через 28 лет я получил подтверждение от двух других человек, которые видели в точности то же, что и я, когда Прабхупада появился. Он поднимался на эскалаторе. Это было в аэропорте в Детройте. Шел громкий киртан, преданные поставили Вьяса-асану. Он поднимался на эскалаторе, и любой человек ожидал бы, что он сойдет с эскалатора. Прабхупада не сошел с эскалатора. Он продолжал двигаться вверх, воспарив над эскалатором, и так проплыл до самой Вьяса-асаны. Все это время от него исходило яркое солнечное сияние. До этого у меня никогда не было галлюцинаций. Это то, что я помню. Затем я увидел, как Прабхупада мягко приземлился на сидение. Я поднял голову только через 20 минут. В течение 20 минут моя голова находилась на полу, и я плакал. Когда я поднял голову, почти все находились в поклоне, за исключением нескольких человек. Помню, как Лакшмимони смотрела на Прабхупаду, и слезы катились из её глаз. Я думал, что такое испытывал только я. Но недавно Индрадьюмна Махарадж и Сурешвара рассказали мне, что они видели то же самое. Я вспоминал об этом, и думал, что же это по-настоящему означает, не считая того, что это чудо. Последнее время много говорят о важности вани, о том, что наставления — это самое важное. Но я на самом деле считаю, что вапу так же важно. Почему? Потому что оно дает вам веру в вани. Именно поэтому я думаю, что эти воспоминания очень важны. Те, кому не выпала удача видеть Прабхупаду, смогут понять, что он был не только необычным человеком, но также и не являлся просто очередным чистым преданным. Он сделал нечто уникальное в истории вайшнавской культуры глубиной своего предания и тем, в каких местах он побывал по всему миру. Поэтому я считаю, что важно одинаково рассматривать оба аспекта, и если кому-то не довелось побывать там, то они могут слушать об этом.

28-05 Абхирам даса

Увидев его, и услышав непосредственно его голос, как я уже говорил, я избавился от всех сомнений в том, что это был совершенный учитель. Так или иначе я уже знал об этом, читая его книги, и в какой-то начальной степени следуя его пути. Но непосредственная встреча с ним углубила мою убежденность в том, что он на самом деле находился в гармонии с Божественным, и в том, что сам он был настоящим святым. У меня никогда не возникало мысли о том, что он Сам Бог, или просто бог. Я считал его святым. Честно говоря, мне это казалось более интересным. Потому что личность, человек, джива, которая совершенным образом сонастроенна с Божественным, очень вдохновляет. Это дает нам надежду. Если бы мы смотрели на него, как на Бога, как христиане… Многие из них отрицают любую концепцию совершенства, и даже находят её отвратительной, недостижимой, поэтому они и не прилагают никаких усилий. Но конечно же миссия Шрилы Прабхупады очень ясно отрицала навешивание таких ярлыков как Сам Бог, или просто бог. Нирвишеша шунйавади. Это была главная часть его миссии. Главная часть его миссии. Все гуру того времени становились Богом. Но Шрила Прабхупада очень ясно давал понять, что он не Сам Бог и не просто бог, а святой. И это было для меня чем-то настоящим. Принимать кого-то богом — это что-то вроде массового гипноза. Это массовое согласие на некую иллюзию. И в глубине нашего сердца мы знаем об этом. Это некий обман, большой обман. Но лицезрение настоящего святого — это глубочайшая истина.

28-06 Вайясаки даса

Однажды был даршан, и комната Прабхупады была битком набита людьми. Было много гостей, и некоторые из них бросали вызовы Прабхупаде. А Прабхупада просто сидел и терпел. Но какой-то очередной вызов вывел меня из себя. Меня стало беспокоить, что эти люди вызывающе общаются с Прабхупадой. Я не мог себя контролировать. Прабхупада был полностью трансцендентен. Но меня это возмутило, и я сделал какой-то комментарий, по-настоящему неприятный комментарий, чтобы заткнуть их. Я пытался защитить его, потому что у меня были какие-то чувства к Прабхупаде. Прабхупада просто очень строго посмотрел на меня. Он ничего не предпринял. Это были мои первые опыты общения с духовным учителем в Лондоне. Я все еще был длинноволосым хиппи, поэтому я не знаю, что он обо мне думал. Я все еще хотел проявить себя как музыкант, но я продолжал ходить в храм. Помню, как один раз на Бери Плейс мы проводили Туласи-пуджу, и к нам зашел Питер Селлерс. В то время он был очень знаменит. Он зашел и сложил руки в пранаме, встал на колени, поклонился Божествам и так далее. В те дни в Лондоне было много таких случаев.

28-07 Мокша Лакшми даси

У меня было общение с Прабхупадой еще до того, как я получила посвящение в Гаятри. Я убиралась в комнатах Прабхупады. И я заметила одну небольшую интересную вещь в Прабхупаде. Я убиралась в во всех его комнатах в Бомбее наверху. Один раз я немного задержалась, и когда я спускалась по лестнице, Прабхупада как раз в этот момент поднимался. Я запрыгнула в чью-то кухню и принесла свои поклоны. Но он остановился, посмотрел на меня и сказал:

— Итак, ты повторяешь Харе Кришна?

Я ответила:

— Да, Шрила Прабхупада.

Он сказал:

— Джая! — и пошел наверх.

Это было очень мило, и размышляя об этом позже, я поняла, что это именно то, чего Прабхупада хочет от нас — чтобы мы повторяли Харе Кришна.

Другой интересный случай тоже связан с этой лестницей. Однажды, по-моему был день явления Бхактисиддханты. Мы приготовили большой пир для Божеств. В те дни в Бомбее мы готовили для Божеств Радха-Расабихари пир из 108 блюд на все дни явления и ухода. Итак, мы приготовили этот огромный пир. Хамсадутта был с Прабхупадой. Он сказал: «Ты должна показать это Прабхупаде». Можете себе представить, у нас были большие индийский крышки, и мы расставили на них все блюда. Мы вместе с Сарвамангалой пронесли их через весь Харе Кришна Ленд, и подняли наверх в комнату Прабхупады. Прабхупада передал нам сообщение: «Это Движение ничего не стоит, если в нем нет пиров».

28-08 Сатьянарайан даса

Я получил степень по биологии в Университете в Буффало. И я всегда хотел этим воспользоваться. Я написал Шриле Прабхупаде где-то в 1972 или 1973 году: «Могу ли я приехать в Индию и учиться у вашего аюрведического доктора?» У Прабхупады в Калькутте был аюрведический врач. Я хотел как-то занять себя таким образом. Я не получил ответа, потому что Шрила Прабхупада много путешествовал. Но я набрал денег, и приехал в Индию. Я отправился в Дели, и остановился там в храме. В то время Прабхупада был там. Помню, как я первый раз сказал об этом Прабхупаде. Шрутакирти делал Прабхупаде массаж на крыше делийского храма. Был прекрасный солнечный зимний день. Я зашел, и сказал:

— Шрила Прабхупада, меня зовут Сатьянарайан дас, я писал вам об изучении аюрведы под вашим…

Он перебил меня и сказал:

— Не сейчас.

Я подумал: «Может быть мне просто спрыгнуть с крыши?» Потому что это была моя первая настоящая встреча, не считая инициации, и я почувствовал, что расстроил его просто своим присутствием. Я сказал:

— Хорошо, Шрила Прабхупада. Но я бы хотел поговорить с вами об этом позже.

Это случилось через 5 месяцев в Калькутте. Сатсварупа Махарадж привел меня в комнату Шрилы Прабхупады. Он сказал:

— Хорошо, если ты так хочешь, то можешь спросить его об этом, — он похоже чувствовал, каким будет ответ.

Это было невероятное зрелище. Когда я зашел, Шрила Прабхупада сидел за своим столом таким образом, как он это обычно делал. Очень безмятежно он общался, используя жесты, с присутствующими преданными. Дело только было в том, что там не было преданных. Как я это понял, он вел беседу, а я прервал его беседу. Я понял это, исходя из ситуации. Он с кем-то беседовал, не знаю кто это был, может быть Нарада Муни или его Гуру Махарадж. Но очень явно там шла беседа. Он обернулся, и мы начали говорить об аюрведе. Прабхупада снова прервал меня и сказал:

— Все это не обязательно. Если какое-то лекарство помогает, используй его. Западные лекарства очень продвинуты. Западные лекарства очень продвинуты.

Его слова дали мне понять, что совершенно не имеет значения, буду ли я этим заниматься или нет. Его не впечатляла аюрведа. Он сказал: «Если какое-то лекарство работает, используй его». Он поднял свою книгу и сказал:

— Работай с моими книгами, — по-моему это была книга «Кришна», — просто работай с моими книгами, и стань духовным врачом, стань духовным доктором.

Я почувствовал огромное облегчение. Почему-то мне хотелось как-то задействовать тот вклад в образование, который я сделал. Но я понял, что материальное образование можно использовать, чтобы произвести впечатление, или можно задействовать аналитические способности, применив их к сознанию Кришны. Но вам совершенно не нужно использовать конкретное знание. Я почувствовал огромное облегчение. И очень скоро я присоединился к библиотечной группе, с которой путешествовал по всей Индии, и также, по милости Шрилы Прабхупады, еще в 14 странах за пределами Индии. Мы посетили тысячи и тысячи университетов. И когда бы я ни доставал комплект, ощущение было удивительным. До этого я распространял одиночные книги, но когда вы выставляете полный комплект, Прабхупада говорил, что это подобно установлению Божества. Они пробудут в университете в течение сотен лет. Чувство было очень удивительным.

28-09 Абхирам даса

Шрила Прабхупада в своем поведении сохранял всегда могущество. Однажды я гулял с ним в Нью-Йорке, в Бруклине. Мы шли от Хенри Стрит до старого здания издательства. Как вы наверное помните, нужно было пересечь автостраду, перейти через мост и затем вы оказывались в очень ужасном складском районе. Даже по утрам на этих складах можно было найти машины, которые за день до этого были украдены, и теперь их разбирали. Такое это было место. Итак, мы шли там одним утром. Было прохладное зимнее утро. Снега не было, но было прохладно. Шрила Прабхупада, конечно же, шел со слегка приподнятой головой, держа в руке свою трость. Нас было 3 или 4 человека. Проходя мимо эти складов, на их ступеньках можно было увидеть иногда спящих пьяниц, у которых не было дома. Они спали на этих ступеньках, которые слегка спускались под землю, и возможно там было теплее или не было ветра. В это утро мы увидели там троих людей, которые были похожи на пьяниц. Они выглядели достаточно потрепанными. По их лицу и одежде можно было понять, что они весьма побиты этим миром. Они сидели или лежали на ступеньках. Когда мы проходили мимо них, они вдруг заметили Шрилу Прабхупаду, и все трое, не сговариваясь, встали, как солдаты, как будто бы кто-то поднял их за затылок. Они выпрямились и выстроились в линию, как бы отдавая честь Шриле Прабхупаде. Они смотрели на него с благоговением, открыв глаза, а затем кивнули ему в знак принятия. Шрила Прабхупада повернулся к ним и сказал: «Харе Кришна», и прошествовал мимо. Это было весьма удивительное зрелище. Но этот случай демонстрирует присутствие духа у Шрилы Прабхупады. Когда он куда-то приходил, то люди чувствовали, что «кто-то пришел», даже не зная о том, кем он был.

28-10 Мангалананда даса

Помню, как в Нью-Йорке он сказал: «Даже пьяница…»

Когда он приехал впервые, ему пришлось пожить какое-то время на Бауэри. Поэтому он сказал: «Даже если пьяница с Бауэри пьет вино и думает ‘О, Кришна сделал это вино таким вкусным’. Даже если он просто так скажет, он в конечном счете достигнет совершенства».

Если он в таком настроении.

28-11 Мокша Лакшми даси

Есть еще одна интересная история, произошедшая в Бомбее, когда я убиралась в комнатах Прабхупады. Я оставила для него включенным свет, потому что Прабхупада должен был вернуться уже через минуту. Поэтому, выходя из комнаты, я включила свет, чтобы ему не пришлось включать его, когда он войдет в комнату. Прабхупада спросил:

— Кто оставил включенным свет?

Не знаю точных слов, но что-то подобное. Его очень беспокоил включенный свет, или что-то еще, связанное с тратой денег Кришны. Он не любил свет. Даже несмотря на то, что я сделала это как служение, он не хотел, чтобы оставляли включенным свет. Он сам был вполне способен включить свет.

28-12 Вайясаки даса

Мое самое близкое общение со Шрилой Прабхупадой состоялось в ноябре 1976 года во Вриндаване. Я путешествовал по юго-западу Азии с библиотечной группой. Мы были вместе с Сатьянарайаной. Мы отправились в Кашмир, который на 90% был мусульманским. Мы ходили по колледжам и библиотекам, и распространяли книги. В одной восточной библиотеке я встретил пожилого господина, который сказал:

— О, по-моему у меня есть эти книги.

Я сказал:

— Нет, это невозможно. Мы первый раз сюда приехали.

Он сказал:

— Сейчас я посмотрю.

Он вышел, и затем принес три оригинальных тома Бхагаватам Шрилы Прабхупады. Я сказал:

— Это чудо! Теперь вы должны взять все остальные.

Он взял все недостающие книги, весь комплект Бхагаватам, Чайтанья Чаритамриту, Гиту, книгу Кришна и все остальное. Это было прекрасно. Он сказал, что автор лично приходил к нему. Это было достаточно далеко. Никто не знал, что Прабхупада ездил в Кашмир.

На обратном пути, спускаясь с Гималай, мы проезжали мимо пасек с ульями. И мы подумали: «Было бы здорово привезти Прабхупаде настоящего гималайского меда». Мы взяли большую бутылку. Мы знали, что Прабхупада находился во Вриндаване, поэтому мы захотели поехать прямо во Вриндаван и рассказать ему о том, что мы проповедуем в Кашмире, распространяя книги в мусульманских колледжах. Итак, мы приехали во Вриндаван. В то время Джагадиша был секретарем Прабхупады. Он знал меня уже давно, потому что я был из Канады, из Торонто, и он знал Сатьянарайана, который был из Нью-Йорка. Он сказал:

— Хорошо, я попробую устроить встречу.

Через пару минут он вернулся и сказал:

— Да, Прабхупада увидется с вами.

Мы зашли. Прабхупада сидел вместе с Гопал Кришной и общался с индийским господином. Когда мы вошли, он повернулся и сказал:

— Это два очень хороший юноши.

Мы зашли, сели, и Джагадиша представил нас. Сначала Сатьянарайан рассказал:

— Мы были в Кашмире, проповедовали там, распространяя книги по библиотекам.

Он был очень доволен. Когда Прабхупада услышал о Кашмире, его глаза широко раскрылись, и он сказал:

— О, Кашмир! Я ездил в Кашмир! Помните, как вы пересекаете вершину горы, и вашему взору открывается кашмирская долина?

— Да, Прабхупада, мы видели её!

И он сказал:

— Да, я распространял там свои книги.

Затем я заговорил:

— Шрила Прабхупада, я встретил этого господина. Он взял у вас первые три тома. И теперь он взял весь комплект ваших книг, оформив постоянную подписку.

Было приятно таким образом установить связь со Шрилой Прабхупадой. Он вспоминал об этом. Мы поговорили с ним около 5-10 минут. И затем произошло то, что по-настоящему держится в моей памяти, прямо перед нашим уходом. Он говорил о важности проповеди. Он посмотрел мне прямо в глаза и сказал:

— Итак, куда ты ни поехал, и кого бы ты ни встретил, просто говори им о Кришне, и так ты станешь гуру, по указанию Господа Чайтаньи.

Он смотрел прямо на меня. Когда я вышел, то подумал: «Если я не буду говорить людям о Кришне, я буду в полной майе. Это моя миссия».

И мы дали Прабхупаде бутылку меда, который он любезно принял. Потом Палика, которая была его поваром, рассказала нам, что каждое утро Прабхупада съедал немного этого меда вместе со своим завтраком. Это было замечательно.

28-13 Абхирам даса

Я думаю, что одно из важных впечатлений, которое у меня осталось в памяти о Шриле Прабхупаде, это то, что в его присутствии я всегда чувствовал, что мое отражение в его глазах показывало меня наилучшим, каким бы я мог быть. Поднимаясь над моей личной верой в себя, он обладал большей верой в меня, чем я сам. Я обнаружил это достаточно рано, потому что до этого у меня частично уже был такой опыт с двумя учителями. Одним из них был мой учитель по музыке. У него была такая природа. Он верил в меня больше, чем я сам. Я думаю, что это было одно из сильных лидерских качеств Шрилы Прабхупады. Он видел в нас лучшее. Конечно же, человек склонен к тому, чтобы видеть других в соответствии со своим положением. Вор будет думать, что все пытаются его обмануть. А Шрила Прабхупада, будучи святым, практически наивно (я говорю это с глубочайшим уважением и любовью), практически наивно видел в нас все хорошие и святые качества. Конечно же, он мог реалистично смотреть на наши ошибки, и он делал это. Но в общем мы чувствовали в его присутствии, что он видел в нас самое лучшее. И мы также чувствовали: «Я не хочу его разочаровать». Меня так никогда еще не ценили, и я не хочу никак его разочаровать. Потому что мне нравилось отождествлять себя с чистой духовной личностью, слугой Кришны. Это была очень сильная вдохновляющая вещь, которую мы чувствовали в общении с Прабхупадой. Он всегда обходился со мной так, как будто я был каким-то джентльменом. Он был очень вежлив со мной, и очень учтив, и очень заботлив о моем благополучии. Это очень эффективно усиливало мое желание сделать что-то особенное для него, и не разочаровать его.

28-14 Мангалананда даса

Однажды в Нью-Йорке у нас закончилась белая мука. А я должен был приготовить самосы для пира. Я уже приготовил всю начинку из цветной капусты и гороха. И тут я обнаружил, что нет белой муки. Поэтому я сделал их из цельнозерновой муки, что на самом деле уже не то, потому что они не получаются слоеными. Но я все равно их сделал. Маха отнесли Прабхупаде. В то время слугой Прабхупады был Шрутакирти. Я с нетерпением ждал на кухне. И там были ступеньки, которые вели прямо из комнаты Прабхупады на кухню. Он вернулся с подносом махапрасада. Я спросил:

— Он что-то сказал? Что он сказал о самосах?

Он ответил:

— Он взял одну, откусил немного, и сказал: «Судама Свами готовит хорошие самосы».

Я сказал:

— Понятно. Это подсказка о том, с кем мне надо поговорить, чтобы научиться делать хорошие самосы.

Это был хороший способ дать мне наставление, не критикуя.

28-15 Мокша Лакшми даси

Помню как однажды мы были в комнате Прабхупады. Когда Прабхупада приезжал в Бомбей, а это было часто, мы всем храмом отправлялись в аэропорт, который находился недалеко от Харе Кришна Ленда. С громким киртаном мы ехали встречать его, запрыгивая в такси, а потом возвращались обратно и поднимались в комнату Прабхупады. Однажды я держала в руках Радха Кунду, старшую дочь Яшоматинанданы. Она была еще маленьким ребенком. Прабхупада знал кто был кем, и поэтому он спросил меня:

— А где мать?

Я сказала:

— Она готовит.

Его лично интересовал каждый преданный.

28-16 Абхирам даса

Однажды в Калькутте я немного поссорился со своей женой. Шрила Прабхупада как-то узнал об этом. Об этом не знали в храме, но мне кажется, что в тот день он видел на моем лице небольшое возмущение. Он поинтересовался, и я рассказал ему о том, что у нас была небольшая размолвка. Это вдохновило Шрилу Прабхупаду рассказать о своей семейной жизни. Он сказал мне:

— Моя жена была очень терпеливой. Это было её великим качеством. И вплоть до сегодняшнего дня я сожалею о том, насколько я был резок с ней. Но что я могу поделать? У меня очень пылкий характер.

Он сказал это с величайшей искренностью и смирением. Итак, это личность, которая чувствует сожаление. Я дословно процитировал его слова. Небольшое раскаяние. Не только могущественный оратор, знаток высшей истины и тайны Бхагаваты, но также и личность, которая сожалеет о том, что оскорбил кого-то, которая смеется, когда слышит хорошую шутку. Он был личностью во всех отношениях, и при этом наиболее возвышенной и развитой личностью.

28-17 Сатьянарайан даса

По-моему на лекции по Бхагавата-дхарме кто-то из гостей задал вопрос. Прабхупада рассказывал о собаках, свиньях, верблюдах и ослах. И человек тогда сказал:

— А что плохого в том, чтобы быть собакой? Что в этом плохого?

Он говорил это очень вызывающе. Прабхупада сказал:

— Благословляю вас.

Все были в шоке. Но Прабхупада сказал:

— Если это то, чего вы хотите…

На самом деле это было страшно, потому что насколько мы понимали, он туда и отправлялся.

28-18 Вайясаки даса

Было всегда удивительно путешествовать со Шрилой Прабхупадой на самолете. Первый раз, когда Шрила Прабхупада полетел в Австралию, чтобы привезти туда Божеств, с ним также был Вегаван прабху, и он вез одно из Божеств. Они взяли с собой обед. Когда самолет взлетел, и пришло время принимать прасад, они распаковали все, подали прасад Прабхупаде, и все тоже стали принимать прасад. Когда они закончили, Прабхупада прополоскал свой рот и помыл руки. Затем он взял зубочистку и начал чистить свои зубы. Вегаван подумал: «О, это то, что надо делать — чистить полость рта после еды». Он открыл сумку и достал зубную щетку и зубную пасту. Прабхупада сказал:

— Что ты делаешь?

— Я собираюсь почистить зубы, Шрила Прабхупада.

Он сказал:

— Это надо делать до принятия прасада. После прасада надо использовать зубочистку, потому что во рту остаются небольшие кусочки, и это тоже прасадам.

С тех пор я всегда ношу с собой зубочистки, чтобы чистить зубы.

28-19 Абхирам даса

Он спросил у меня:

— Как произносится твое имя? Авхирам или Абхирам?

Я ответил:

— Шрила Прабхупада, когда вы инициировали меня, вы написали Авхирам. А-В-Х-И. Но вы всегда звали меня Абхирам. Как же правильно? Скажите вы.

Он сказал:

— Нет. Оба варианта хороши.

Я сказал:

— А что они значат?

Он сказал:

— Абхирам значит «неутомимый». Авхирам значит «всегда воспевающий ‘Рама’».

Присутствовала неформальная легкая атмосфера, и, слегка шутя, я сказал Прабхупаде:

— Значит ли это, что я всегда должен воспевать ‘Рама’, Шрила Прабхупада?

Тогда он стал серьезным: «Хммм…», как он это часто делал. Он сложил свои руки на животе (он лежал):

— Мы всегда должны воспевать ‘Рама’. Это отвратительный мир.

28-20 Мокша Лакшми даси

Был еще один случай, который показывает, насколько личностным был Шрила Прабхупада. Я заведовала гурукулой для местных бедных детей в Бомбее. И мы устраивали очень живые киртаны. Однажды Прабхупада услышал киртан и спросил:

— Кто воспевает?

Преданный ответил ему:

— Это гурукула.

На следующий день было решено, чтобы я сводила детей на встречу с Прабхупадой. У нас была стопочка изображений Радхи и Кришны, которые нарисовали дети. Мы зашли в комнату, отдали Прабхупаде рисунки, все расселись, а Прабхупада стал смотреть эти детские картинки. Он улыбался, и затем по-моему раздал сладости. Затем он показал нам, что мы можем идти. Но он был таким личностным. Это были фактически нищие дети. Но Прабхупада пожертвовал своим временем, чтобы принять их в своей комнате, рассматривать их рисунки. Это показывает, каким великодушным человеком является Прабхупада.

28-21 Абхирам даса

Он сказал мне:

— В западных странах все прекрасно. Если бы они только перестали есть коров. Неужели нет никакого другого мяса, которое бы они могли есть, кроме коров?

28-22 Мангалананда даса

У нас появилась идея петь песни о Кришне. Я участвовал в выездных представлениях. Мы пели песни, музыку и тому подобное. Это началось с того, как я нашел гитару в подвале храма в Колумбии. Я спросил преданных, можно ли мне играть на ней во время киртанов. Они сказал: «Конечно». Я стал играть. И когда я был в Детройте, я нашел гитару в бойлерной комнате, где обычно спали брахмачари. Я сидел там, взял гитару, и сочинил песню «Кришна — Верховная Личность Бога», которая просто состояла из цитат из «Бхагавад-гиты». Я их соединил в песню. Киртанананде она очень понравилась. Когда он стал проводить разные лекции, он просил меня ехать с ним и петь песню, и также играть во время воспевания. С этого начались выездные представления. Мы сделали этот маленький проект. Получилось хорошо. Позже, в Лос-Анджелесе, после того, как выездные шоу перестали быть музыкальными представлениями, у меня появилась идея записать песни о преданности, чтобы распространять их среди людей и дать им возможность слушать о Кришне. Мы с Кришнаканти начали что-то делать, и в результате мы сделали демо-версии нескольких песен. Однажды мы пригласили Прабхупаду, чтобы записать, как он воспевает. Мы сделали запись, он все спел. Он собирался уезжать, а я очень нервничал, потому что хотел спросить его об этих песнях. Я подошел к нему с текстами песен в руке и сказал:

— Прабхупада, я сочинил эти песни. Я бы хотел, чтобы вы послушали их.

Он посмотрел на меня, взял их, и сел обратно. И затем… (Плачет…)

(Оператор: «Вы не первый»)

Меня тронуло то, что он снова сел. Он сел, чтобы послушать, что я хочу сказать.

Я заплакал… Это меня напугало…

Он сел, положил песни. У меня есть фотография этого момента, я там с бритой головой. Не знаю, кто сделал это фото, возможно Бхаргава. Так или иначе, он там смотрит на тексты, а я сижу. И мы спели песню «Ты не тело» с альбома «Перемена в сердце». Она немного отличалась от того варианта, который мы потом записали. Он послушал её, а затем мы спели «Бхагавад-гиту». Мне кажется на этом мы остановились. Он сидел и слушал. Видно было, что ему это нравилось. Он спросил:

— Итак?

Я сказал:

— Некоторые важные люди считают, что это не очень хорошая идея.

Он сказал:

— Иногда надо дать коровам помычать.

Это то, как он ответил. И затем он сказал:

— Продолжай, и ты достигнешь успеха.

Это конец истории. Он дал нам свои благословения.

28-23 Абхирам даса

Однажды он отдыхал в Лондоне, лежа на своей постели. Я тихо сидел, присматривая за ним. Был полдень. Я тихо повторял джапу на четках. Это было обычно дело — находиться рядом с ним с целью помочь, если что-то будет нужно. Хотя казалось, что он отдыхал, но вдруг он заговорил, не открывая глаз. Он сказал:

— Барабан не должен звучать громче голоса.

Была полная тишина, спокойный полдень в Мэноре, летний полдень. Я не понимал, о чему он говорит. Все преданные уехали на санкиртану. Они хотели удовлетворить его, и поэтому делали большой упор на санкиртану. Храм был пуст. Я прислушался очень внимательно, и сквозь полы, под которыми была храмовая комната, я услышал, как идет арати. Я побежал вниз, и обнаружил там одного брахмачари, игравшего на мриданге, одного брахмачари, игравшего на караталах, и одного пуджари. Они пели арати. А Прабхупада сквозь сон дал это наставление: «Барабан не должен звучать громче голоса».

28-24 Мокша Лакшми даси

Однажды я поехала с Прабхупадой на проповедь в Ахмедабад. Мы взяли с собой маленьких Божеств Радха-Расабихари. Это были Радха и Кришна. Мы взяли этих Божеств с Прабхупадой в Ахмедабад. Он встретил нас в Ахмедабаде. Он приехал из Вриндавана, и бомбейские преданные встретили его в Ахмедабаде. Там была огромная комната, полная важных людей. По-моему господин Махадевия из Бомбея приехал вместе со своими друзьями. Я навсегда запомнила случай, который показывает, как Прабхупада умел очаровать всех. Прабхупада посмотрел на всех этих леди и джентльменов. Обычно он читал лекцию на английском. Но он сказал:

— Бенгальцы и гуджаратцы — это особое рождение. Отец Кришны был гуджаратцем.

Они все улыбнулись, и все были счастливы. Еще интересно то, что Прабхупада попросил Яшоматинандану прочитать лекцию. Во-первых, он был гуджаратцем и хорошо говорил на гуджарати. Но там все были бизнесмены, и они все говорили по-английски. Поэтому более интересно то, что Шрила Прабхупада был готов делегировать служение своим преданным. Он хотел, чтобы его преданные взяли ответственность за это движение. Он не собирался сидеть и сам все делать. Он хотел, чтобы мы все вместе помогали этому движению идти вперед. Я думаю, что это пример делегирования: «Яшоматинандана, прочитай лекцию». Это пример того, как работал Прабхупада.

28-25 Сатьянарайан даса

Я присутствовал на лекциях по Бхагавата-дхарме, которые Прабхупада читал в Новом Вриндаване на Джанмаштами 1972 года. Там был киртан, который практически превзошел мою первую встречу с Прабхупадой. Воспевал Бхарадрадж, и казалось, как будто бы киртан выливался прямо на сцену. Затем подхватил Вишнуджана и очень-очень красиво развил его. Все это время Шрила Прабхупада с закрытыми глазами играл на караталах с постоянно возрастающей силой. Киртан развивался. Прабхупада начал раскачиваться и еще сильнее бить в караталы. И в кульминационный момент киртана Вишнуджаны Прабхупада прервал его. Он прервал его так, как будто его там вообще не было, и сам стал вести. Похоже он просто должен был перенять киртан. Все, что я помню, это 400 рук, тянущихся к Прабхупаде. Мы все навалились на сцену, слезы текли ручьями, небо открылось, и любовь к Богу спустилась на нас. Прабхупада тоже плакал, и это экспоненциально усилило наши чувства. Все плакали до такой степени, что стали просто стонать. Это был самый удивительный киртан в моей жизни. Прабхупада передавал нам любовь к Богу. Она лилась через него, и он выливал её на нас.

28-26 Абхирам даса

В то время произошло несколько бесед, которые все сходились и выражали то, что Прабхупада думал о Гита-Нагари. Одна беседа произошла на нижнем этаже его дома во Вриндаване. Он говорил о своей предстоящей смерти. Он сказал:

— Мне не о чем скорбеть.

Это было сказано в контексте его надвигающегося ухода. Так сказать. «Мне не о чем скорбеть». «Смерть», «уход» — это слова, которые он использовал. Я просто перефразирую его. И естественно он ни о чем не скорбел — на шочати на канкшати. Но затем он сделал паузу, после того, как он сказал «Я не скорблю о своей надвигающейся смерти». Он сказал:

— Нет, кое о чем я сожалею.

Не я, но один из нас троих или четверых спросил:

— Вы имеете ввиду то, что вы не закончили «Шримад Бхагаватам»?

Шрила Прабхупада сказал:

— Нет. Я не установил варнашраму.

Он сказал:

— 50% мой работы не закончены, потому что я не установил варнашраму.

Эти два утверждения я слышал своими ушами во Вриндаване. Затем эта мысль стала развиваться: «Что с этим делать?» Он думал о незавершенных 50% свой работы. Во время другой беседы, сидя на крыше, он сказал:

— Я хочу установить варнашраму.

По-моему я спросил:

— Как вы это сделаете?

Может быть вопрос задал Тамал Кришна или кто-то еще. Но все мы думали об одном. Поэтому у меня осталось ощущение, что я задал вопрос. Может быть в качестве жизнеописания этот рассказ не совершенен, но меня несомненно интересовал ответ на этот вопрос:

— Как вы это сделаете? — мы спросили его.

Он сказал:

— Я поеду в Гита-Нагари, сяду там, и буду учить вас, как жить на земле.

Так просто.

28-27 Мокша Лакшми даси

Я приехала в Вриндаван в начале 1976 года. Джи-Би-Си хотели, чтобы я поработала с детьми во Вриндаване. В конечном счете мне досталось служение убираться в комнатах Прабхупады. Шрути Рупа убиралась в комнатах Прабхупады, а я ей помогала. Но однажды она сказала мне:

— Итак, Мокша, я ухожу. Ты остаешься за главную.

Так меня попросили следить за чистотой в комнатах Прабхупады, и это было экстатично. План был таков: после мангала-арати, до того, как начиналась Туласи-пуджа, я уходила и шла назад мимо фонтана в комнаты Прабхупады. Может быть я немного задерживалась. Я заходила через заднюю дверь, проходила мимо комнат для прасада, которые я всегда называла «комнатами для завтрака». Можно было понять, что Прабхупада выходил из прежней спальни (не той комнаты, где сейчас стоит кровать), проходил через комнату для прасада, и шел в свою комнату, потому что все двери были открыты. Я прокрадывалась в комнату для прасада, стараясь на шуметь, потому что он сидел в своей комнате для даршанов и переводил. Я очень медленно начинала закрывать двери, стараясь не шуметь, но он всегда смотрел на меня. Он поднимал голову, а я закрывала двери и приносила поклоны, стараясь не потревожить его. Затем я начинала уборку в задней части дома, где была ванная, туалет и его спальня. Когда мы убирались со Шрути, она говорила мне, что Прабхупада жалуется на то, что мраморный пол в ванной запачкался горчичным маслом после массажей. Эти пятна выглядели как часть мрамора, но на самом деле это были пятна на мраморе. И Прабхупада жаловался на это. Я систематически стала оттирать эти пятна, разбрызгивая чистящее средство. Вряд ли вы найдете его в Америке, но в Англии оно есть. Это белый чистящий порошок. В Индии он тоже продается. Я разбрызгивала его по всему полу, брала индийскую жесткую щетку и начинала тереть. Эти пятна постепенно начали уходить. Я садилась на корточки, обернув по-индийски сари вокруг колен, и начинала оттирать. Итак, однажды я ползала там, пытаясь оттереть пол, как вдруг дверь начала открываться. Я подумала: «О, Боже. Только не Прабхупада. Нет!» Голова Прабхупады заглянула в дверь. Он не стал полностью открывать дверь. Он приоткрыл дверь чуть-чуть, заглянул в неё, и сказал мне:

— Можно мне войти?

Он сделал это в безупречной манере. «Можно мне войти?» Он не сказал: «Убирайся из моей ванной комнаты», но спросил: «Можно мне войти?» Я была полностью растеряна, потому что Прабхупада в течение всего времени никогда не заходил на заднюю часть своего дома. Вплоть до утренней прогулки он сидел за своим столом. Я ответила:

— Да, Прабхупада. Конечно, Шрила Прабхупада. Входите, Шрила Прабхупада, — я что-то такое проболтала.

Затем я выползла, и принесла свои поклоны в спальне. Там был черный пол, и я испачкала весь его белым порошком, который остался на моих стопах. Но Прабхупада просто проплыл над всем этим беспорядком. Он не сказал ни слова. На сколько я поняла, он был доволен тем, что оттираются эти пятна. Но я всегда вспоминаю безупречные манеры Прабхупады: «Можно мне войти?» Это был его дом, а не мой. Ему не надо было спрашивать у меня разрешения.

28-28 Абхирам даса

Помню, как он лежал на постели в Мэноре. Мы получали прекрасные письма с пожеланиями выздоровления и всего наилучшего для Шрилы Прабхупады. Конечно же, мы зачитывали их ему. Я читал одно письмо от нашего духовного брата Сиддхасварупы. Исторически в тот момент Сиддхасварупа был кем-то вроде бунтаря в ИСККОН. Он действовал отдельно от большинства своих духовных братьев. У него был свой уникальный стиль и видение будущего. И именно в тот момент он снова ушел. Он уже возвращался, но теперь снова ушел, вернувшись к своему учреждению на Гавайах. Но конечно же, он оставался преданным Прабхупады. Он написал Прабхупаде открытку с пожеланиями о выздоровлении. И я читал её. Прабхупада лежал, а я стоял. И эта открытка говорила: «Дорогой Шрила Прабхупада…» Он сказал разные вещи, например, что он молится за его здоровье и так далее. Но там была такая строчка: «Я живу на Гавайах, и я надеюсь, что если вы иногда думаете о Гавайах, вы также подумаете и обо мне». Вдруг я услышал, как у Прабхупады перехватило дыхание, и он разрыдался. Я оторвал взгляд от открытки и посмотрел в лицо Прабхупады, и к этому моменту слезы уже наполовину скатились по его щекам. Не знаю, брызнули они или выкатились, но они уже текли, и они уже были на уровне его носа. Он всплакнул и сказал:

— Я всегда думаю о тебе, я не смогу забыть.

Это указывает на то, в каком настроении он тогда пребывал. Любая хорошая мысль могла заставить его расплакаться, испытывая глубокую благодарность.

28-29 Абхирам даса

Однажды в Лондоне он лежал днем на своей кровати, и похоже было, что он спал. Я бы хотел поговорить о его сне, и я бы хотел поговорить о его памяти. Потому что это очень удивительные вещи. Когда Шрила Прабхупада спал, по крайней мере в течение последних шести месяцев, когда я был с ним и наблюдал его так называемый сон каждый день, он расслаблялся, закрывал свои глаза, часто клал руки на грудь. Иногда он ложил их с двух сторон от туловища, но чаще всего они были сложены на груди. Вы никогда не могли увидеть его храпящим. Иногда его рот слегка расслаблялся. Так можно было понять, что он своего рода заснул. Но когда он просыпался, он никогда не был вялым. Его глаза были очень спокойно раскрыты, и он был полностью проснувшимся. Не было никакого промежуточного момента. И мне это казалось очень удивительным, особенно учитывая его состояние, и то, как мало он спал. Я никогда не видел в нем вялости, несмотря на все физические травмы, которые ему пришлось пережить, на его путешествия в таком плохом состоянии, несмотря на хирургические операции, я никогда не видел его вялым.

28-30 Абхирам даса

Есть еще одно качество Прабхупады, которое меня очень удивляло. Иногда он вел со мной беседы, это чаще всего были повседневные беседы о чем-то. Он останавливался посреди беседы, не доведя её до заключения. Он замолкал. Потом начинал говорить на другую тему, или ни о чем не говорил. Через неделю или две мы были вместе, и вдруг он начинал говорить с середины предложения. Поначалу мой ум думал: «Может быть он просто что-то бормочет. Он же уже состарился». Но в сердце я думал: «Это не похоже на Прабхупаду. Он так делать не будет». Я начинал искать в памяти, о чем он говорит. И я всегда вспоминал, что на самом деле это была беседа, которую мы вели одну или две недели назад, и ровно с того места, где он остановился, он продолжал говорить, ожидая от меня, что я помню. Для него очевидно не было временного промежутка между этими событиями. И он не забыл. Поначалу мой ум сомневался в логичности того, о чем он говорил. Но затем я поражался невероятному могуществу его памяти и тому, что в его сознании не было этого промежутка времени. Во всяком случае это его никак не стесняло.

28-31 Абхирам даса

Я проводил по 5-6 часов в день, делая массаж Прабхупаде, в различное время суток. Его всегда кто-то касался. Преданные касались его стоп, рук, растирали его ладони, растирали его ноги. Он испытывал боль в ногах. Шрила Прабхупада не каждому разрешал распоряжаться собой. Он был доволен небольшим кругом людей, которые обходились с ним так, как это требовалось. Некоторые преданные очень нервничали, неловко дотрагиваясь до него, и ему это не нравилось. Теперь во Вриндаване было много преданных, и я мог позволить себе немного поспать. Я мог уйти в соседнюю комнату и лечь, зная о том что по крайней мере 6 или 8 человек в полном сознании заботятся обо всем, и они позовут меня, если что-то потребуется. Однажды ночью я лежал под вентилятором. Было жарко. Я лежал в комнате для прасада у Прабхупады во Вриндаване. Я спал. Один преданный пришел и разбудил меня, и сказал:

— Шрила Прабхупада зовет тебя.

Я вошел в комнату. Определенно какой-то звук мешал Прабхупаде спать. Он попросил преданных узнать, что это за звук, но они не обнаружили его. Они ничего не слышали. Затем он сказал:

— Позовите Абхирама.

Они позвали меня, и я вошел. Он спросил:

— Что это за звук?

Я прислушался очень внимательно, и на расстоянии можно было едва уловить звук от потолочного вентилятора, под которым я спал. Я сказал:

— Прабхупада, это потолочный вентилятор, под которым я сплю. Я выключу его.

Он сказал:

— Нет, нет, — и положил свою руку мне на голову, — Это для твоего комфорта.

Я сказал:

— Шрила Прабхупада, мы здесь присутствуем только для вашего комфорта.

Он сказал:

— Нет, нет, нет.

Я сказал:

— Ничего страшного, Прабхупада, я выключу его.

Он всегда заботился таким образом.

28-32 Абхирам даса

Однажды я убирался у него. В то время он уже просто лежал на кровати. Поэтому нужно было поддерживать его чистоту. Надо было полностью менять его одежду. Теперь это было необходимо. Я переворачивал его, чтобы мы могли поменять постельное белье. Обычно вы перекатываете пациента на одну сторону, потом складываете простынь, затем перекатываете его не другую сторону, и вытаскиваете простынь, а затем делаете все наоборот, чтобы застелить простынь. Итак, я наполовину уже вытащил простынь из-под него. Его голова покоилась на моей руке. Моя рука была под его шеей. Он смотрел мне в лицо, хотя я этого не заметил, потому что был занят уборкой и сменой белья. Он сказал мне:

— Это грязное дело.

Нет, простите. Он спросил:

— Это противно?

Я посмотрел ему в лицо, и понял, что он говорит о том, что я убираюсь за ним. Я сказал:

— Нет, Шрила Прабхупада, это не противно.

Он спросил:

— Ты не против?

Я сказал:

— Нет, Шрила Прабхупада, я не против. Если вы не позволите мне служить вам, тогда я буду служить майе.

Он задумался на мгновение, и сказал:

— Это правда.

Мы в каком-то смысле знали, что стоило только нам заставить его почувствовать недостойность или, что он является бременем для нас, он сразу же оставит свою жизнь. Он не терпел никакой зависимости или унижения. Он всегда вел себя благородно и достойно. Всегда. Это был один из примеров.

28-33 Абхирам даса

(Вопрос: Был ли по-вашему Шрила Прабхупада отравлен?)

Если даже и было что-то, что могло его побеспокоить, Шрила Прабхупада был не тем человеком, который подставит другую щеку. Шрила Прабхупада был сильным воином, и он был окружен множеством верных людей. Его сын тоже был там, и он ему ничего не сказал. В то время было много преданных, которые явно не ладили друг с другом. Они бы хотели как-то получить одобрение Прабхупады, и использовать это против других. Нет, это не было чем-то существенным, и поэтому таких упоминаний нет в моем дневнике, несмотря на то, что я выполнял роль его сиделки. И для меня было сюрпризом, когда это представили таким образом. Все время было общеизвестно, и каждый врач это подтверждал, еще до 1977 года, что у Шрилы Прабхупады был тяжелый диабет. Как его сиделка, я никогда не сомневался в том, какая у него болезнь. И доктор Маккирвин в Лондоне подтвердил это. Он провел очень ясное исследование, и сказал:

— Всю жизнь у Шрилы Прабхупады был очень маленький мочевой тракт. Опухоль, возникающая из-за диабета, — это то, что выявил доктор Маккирвин, — вызвала дальнейшее сжатие мочевого тракта. Поэтому когда Прабхупада испускал жидкость, на его почки шло обратное давление. Ему приходилось прилагать усилия, чтобы испустить жидкость. С годами это давление привело к поражению почек, а это означало повышение мочевой кислоты в теле. Повышение мочевой кислоты в теле приводит к слабому пищеварению, и чувству тошноты в теле. Все эти симптомы явно проявлялись у Прабхупады. Опухание, очень-очень шелковисто-мягкие стопы и руки, но очень вздутые. Они были настолько вздутыми, что вы могли их сжимать, как воздушный шарик. Постоянный зуд в спине. Все это классические сиптомы диабета. И Прабхупада неизменно отказывался как-либо заботиться об этом. Он даже не отказывался от сладостей. Он был очень упрямым в этим вещах. Поэтому было довольно очевидно, что происходит. Он переживал осложнения от сахарного диабета. Затем мочевая кислота начинает отравлять организм из-за поврежденных почек. И когда вы перестаете есть, то приходит истощение. Тело начинает съедать себя, и просходит полное разрушение, что буквально и произошло со Шрилой Прабхупадой. Это было очевидно. Несомненно, в этом есть и мистический уровень, как и во всем, что происходит в этом мире, особенно с божественными личностями, такими, как Прабхупада. Но также есть и внешние практические факты. Однажды, по-моему Брахмананда сказал Шриле Прабхупаде в тот месяц, когда он болел:

— Шрила Прабхупада, вы вайшнав. И поэтому вы обладаете всем могуществом полубогов.

Прабхупада стал с любопытством смотреть на него. К чему он клонит?

— Так как вы обладаете всем этим могуществом, вам не следует сдаваться этой болезни. Вы должны подняться. И стряхнуть её.

Прабхупада посмотрел на него очень удивленно, и сказал:

— Это фанатизм.

Прабхупада болел. Он был в человеческом образе. Он не был богом. Он был святым. Он был чистым преданными, а не Вишну-таттвой. И это была лила, которую Кришна устроил для него. Это обстоятельства, в которые Кришна его поставил, и поставил всех нас для всеобщего блага, по Своей милости. Это небольшой обзор моих наблюдений, как сиделки Прабхупады.

28-34 Вайясаки даса

Гаргамуни сказал Шриле Прабхупаде, что двое его людей распространяют его книги в качестве библиотечной группы по всем университетам Индонезии, мусульманской страны. В то время также другие преданные — Падмапани и Трибхуванатх — поехали в другие мусульманские страны — на Средний Восток. Прабхупада был настолько доволен тем, что преданные отправляются проповедовать в мусульманские страны, что он передал всем нам через Гаргамуни:

— У тех, кто проповедует в мусульманских странах, я беру пыль с их стоп, и посылаю ею свою голову.

Когда он сказал нам это, мы были в экстазе. Это было просто удивительно. После Индонезии мы поехали на остров Джава, а оттуда на Бали. Мы распространяли в библиотеках на Бали. Именно на Бали я узнал о том, что Прабхупада оставил эту планету. Куда бы мы ни ехали, мы делили колледжи. Сатьянарайан поехал по своим колледжам, а я собирался поехать по своим, но решил позвонить в Джакарту, где была одна женщина, Аранвиндакши деви, которая была нашим секретарем. Я позвонил, чтобы узнать, как идут дела, и были ли высланы книги. Она спросила:

— Вы слышали новости?

Я сказал:

— Нет, а что?

— Вы не знаете?

— Я не знаю.

Она сказала:

— Прабхупада покинул планету.

Я был в шоке. Она сказала:

— Я только узнала об этом от преданных из Сингапура.

Я положил трубку, и не знал, что мне делать. Но я подумал: «Прабхупада хотел бы, чтобы я поехал и проповедовал в этих колледжах». Я поехал туда, они находились на другом конце Бали. Это маленький остров, но надо было весь его проехать. Я приехал туда, и это было удивительно. Я приехал в колледж, встретился с библиотекарем, подписал два постоянных заказа, и когда я выходил, то встретил министра культуры Джакарты. Мы его уже встречали месяц назад, пытаясь распространять книги в библиотеке министерства культуры в Джакарте. Я забыл его имя. Так или иначе, я встретил его в колледже, идущего по коридору. Он сказал мне:

— Ты слышал о своей Гуру Махарадже?

Я сказал:

— Да, я слышал. Спасибо.

Я был поражен. Даже на Бали в этой маленькой деревне, в маленьком городке все знали, что Прабхупада оставил планету. Я был поражен. Я поехал на другую часть острова, чтобы встретиться с Сатьянарайаной, а он не слышал еще. Поэтому мне пришлось раскрыть ему новости. Мы находились в его комнате, и я рассказал ему. Эта новость тотчас же сломила его, и он безудержно зарыдал. Он плакал и плакал. А я понял — у меня настолько твердое сердце, что меня это не сломило и я не стал рыдать. Конечно же, я был опечален, и слезы накатились на моих глазах. Но я увидел, какой огромной любовью к Прабхупаде обладал Сатьянарайан. Он рыдал и плакал. Я по-настоящему зауважал его, и подумал: «Если бы у меня были такие отношения… Если бы я мог такое чувствовать…» Это были мои переживания, когда Прабхупада оставил планету.

28-35 Сатьянарайан даса

Я отправил Шриле Прабхупаде телеграмму, потому что в то время люди из библиотечной группы старались так или иначе держать связь с Прабхупадой. Мы знали, что он был болен. Конечно же, в то время во всем присутствовал военный дух. Можно читать в письмах Прабхупады такие выражения, как «Лагерь в Лондоне», «Лагерь в Бароде». Помню, как я отправил одну телеграмму, в которой я написал «Лагерь Сурабаи, Индонезия. Мы проникли внутрь. Мы захватили 20 мусульманских университетов». Это была мусульманская страна. Эта телеграмма должна была пересечь континент, потому что преданные говорили, что они зачитывали ему телеграммы. Но затем я поехал путешествовать, и Шрила Прабхупада в этот момент ушел. Когда я приехал на Бали, прошло уже 3 дня с того момента, как он ушел. Но я все еще очень конкретно и ясно чувствую прилив экстаза от распространения в библиотеках, который давал вам Шрила Прабхупада, когда вы выставляли комплект книг в библиотеке. Это показывает, что вне зависимости от того, думаем ли мы, что Прабхупада здесь или его здесь нет, все равно он здесь. Когда мы занимаемся преданным служением, и делаем то, что он от нас хочет, мы получаем в награду некое духовное признание того, что мы делаем. Конечно же, на Бали я определенно отреагировал на это. Но Прабхупада несомненно все еще здесь, с нами.

28-36 Абхирам даса

Мы с Бхагаджи делились воспоминаниями после ухода Прабхупады. Я провел много времени во Вриндаване вместе с Бхагаджи после этого. Мы утешали друг друга воспоминаниями. Обобщить мысли о Прабхупаде невероятно сложно. Однажды Бхагаджи попробовал. Он очень вдохновился. Мы беседовали о Прабхупаде. Он подходил к кульминации, и хотел подвести итог. Он начал немного трястись, и сказал:

— Прабхупада был… Прабхупадой.

Это все, что он смог сказать. В последнюю минуту он потерял все слова. Он думал, что сможет как-то поймать Прабхупаду. Но он не подчиняется рабству. Он отвергает строгую определенность.

28-37 Вайясаки даса

После ухода Прабхупады преданные собирали воспоминания о Шриле Прабхупаде. Но никто не пошел к его духовному брату, доктору О.Б.Л. Капуру. Поэтому однажды, когда я был во Вриндаване, я решил увидеться с доктором Капуром, и попросил его поделиться своими воспоминаниями о Шриле Прабхупаде. Он рассказал мне очень красивую историю. Он знал Шрилу Прабхупаду еще до того, как тот получил инициацию. Его звали Абхай Бабу, и у него была дневная аптека в Аллахабаде. Он был выпускником местого универсисета, и он встретил своего духовного учителя Бхактисиддханту Сарасвати Тхакура и принял от него инициацию. Он был первым не-бенгальцем, сделавшим это. Когда Прабхупада туда переехал, однажды в аптеку зашел санньяси, Тиртха Махарадж, и сказал:

— Мы слышали ваше имя.

Прабхупада встречал его в Калькутте, и он изучал книги, и уже был преданным, но пока без инициации.

— Мы слышали о вас, и хотим открыть здесь матх. Могли бы вы нам помочь?

Прабхупада горел сильным желанием помогать. Постепенно открылся матх, и Прабхупада стал туда приходить и играть на мриданге и петь бхаджаны. Всем он очень нравился, и ему тоже нравилось быть в их обществе. Молодой Ади Кешава дас, доктор О.Б.Л. Капур, говорил, что Прабхупада в особенности был очень добрым с ним. Он сказал, что это было потому, что он был единственным не-бенгальцем среди них. Затем знакомство переросло в дружбу, а дружба переросла в братство. Он был на 13 лет младше Прабхупады, но он часто приходил в аптеку, чтобы задать вопросы и обсудить Кришна-катху. Они стали очень близки. Однажды, когда он пришел, Прабхупада дал ему флакон, и сказал:

— Возьми этот флакон, этот тоник очень полезен для твоего здоровья.

Доктор Капур сказал:

— Да, я возьму его. Спасибо большое. Но почему бы вам не дать мне тоник, который вы сами принимаете?

Прабхупада спросил:

— О каком тонике ты говоришь?

Он сказал:

— Вы знаете. Тоник Кришна-премы.

Прабхупада засмеялся. Он сказал:

— У меня нет этого тоника, но я знаю формулу.

Доктор Капур сказал:

— Если это не секрет, может вы поделитесь со мной?

Он сказал:

— Да, я поделюсь с тобой. Это не секрет. Формула такова: тринад апи суничена, тарор ива сахишнуна, аманина мана-дена, киртанийах сада харих. И я распространю её по всему миру. Тринад апи суничена — быть смиреннее травинки. Тарор ива сахишнуна — быть терпеливее дерева. Аманина мана-дена — не желать почтения к себе, но желать выражать почтение другим. Киртанийах сада харих — в таком состоянии ума человек может повторять имя Господа постоянно.

В тот момент доктор Капур подумал, что он сказал это несерьезно. Но он сказал мне:

— Теперь, глядя назад, спустя много лет, я понимаю, что даже тогда у него был план. Он думал: «Я распространю её по всему миру».

Я думал над тем, что Прабхупада назвал это формулой для достижения Кришна-премы. Шрила Прабхупада был олицетворением этого стиха. И я хотел бы поделиться некоторыми играми Шрилы Прабхупады, которые демонстрируют, как он воплощал в себе этот стих.

Итак, тринад апи суничена. Смиреннее травинки. Это игра, которую Шрила Прабхупада провел в Нью-Йорке в июле 1972 года. Это был праздник 4 июля. Преданные съехались со всего восточного побережья — из дальнего юга, Майами, из дальнего севера, Монреаля, из дальнего запада, Чикаго и Сент-Луис. В нью-йоркском храме собрались тысячи преданных. Когда Прабхупада должен был улетать, очень много преданных поехали провожать его в аэропорт. Они прошли с ним в зал ожидания, просто чтобы видеть его до последней секунды. Итак, зал ожидания наполнился преданными. Сотрудники аэропорта были в затруднении, потому что в зале ожидания не осталось мест для пассажиров, вылетающих ближайшими рейсами. Один из сотрудником выбрал Равиндру Сварупу, потому что тот был достаточно высоким, и объяснил ему ситуацию, чтобы тот любезно попросил своих людей выйти и освободить место для пассажиров вылетающих самолетов. Он сказал: «Хорошо». Он понял ситуацию и решил поговорить с несколькими преданными, но никто из них не хотел уходить. Тогда он понял, что у него ничего не получится. Рупануга только что получил санньясу в мае этого года, поэтому он был новым санньяси, и он был Джи-би-си. Равиндра обратился к Рупануге, объяснив ситуацию, и попросил его позаботиться об этом. Рупануга мгновенно сказал: «Хорошо. Все сделаем». Он поднялся на стул и сказал: «Внимание, все преданные! Нам сейчас надо покинуть зал ожидания, чтобы освободить место для входящих пассажиров. Все преданные, пожалуйста, поднимитесь, и покиньте зал ожидания». Никто ничего не стал делать. Все просто продолжали сидеть и смотреть на него, кроме одного человека — Шрилы Прабхупады. Он поднялся и стал выходить. Рупануга сказал: «Нет, нет, нет. Не вы, Шрила Прабхупада». Он был так смиренен. Когда он услышал, что преданные должны встать и выйти, он встал, чтобы выйти. И никто другой не сделал этого. Это признак смирения — смиреннее травинки. Он был единственным смиренным вайшнавом в том собрании.

Тарор ива сахишнуна. Терпеливее дерева. Эта игра произошла в 1975 году, когда Прабхупада впервые отправился в Южную Африку, после того, как он побывал в Кении. Он летел на самолете, и вместе с ним на самолете летела южноафриканская футбольная команда, которые только что провели игру в Кении. Это была шумная компания, они победили в матче, и находились в счастливом и приподнятом настроении. После того, как самолет взлетел, стюардессы начали ходить между рядами и подавать напитки. Эти ребята начали шуметь еще больше, и стали зажигать сигареты. Они сидели в некурящем отделении. Поэтому Пушта Кришна, который тогда был секретарем Прабхупады, и сидел рядом с ним, тогда он был Пушта Кришна Махарадж, немного забеспокоился. Это не очень хорошо. Почему Прабхупада должен подвергаться всему этому? Он нажал на кнопку вызова, подошла стюардесса, и он объяснил ей очень вежливо, что это некурящая зона, и что надо попросить их затушить сигареты. Она согласилась, попросила этих футболистов затушить сигареты, и они это сделали. Затем она ушла. Но через пару минут они снова зажгли, потому что они уже были сильно подвыпившими. Тогда Пушта Кришна понял, что стюардесса тут не поможет, и он решил взять дело в свои руки. Он встал, и хотел уже серьезно поговорить с этими ребятами, но Шрила Прабхупада спросил:

— Куда ты собрался?

Он сказал:

— Они курят, Шрила Прабхупада…

— Садись.

Шрила Прабхупада посмотрел ему прямо в глаза и сказал:

— В чем разница между нами и ими, если мы не можем терпеть?

Прабхупада терпел дым сигарет, хулиганство, и все остальное. Он был непоколебим. И он сказал:

— В чем разница между нами и ими, если мы не можем терпеть?

Чистый преданный, вайшнав является примером этому. Тарор ива сахишнуна. Терпеливее дерева.

И затем аманина мана-дена. Не желать уважения к себе, но иметь желание отдать все почести другим. Это был конец 1975 года или начало 1976 года. Я думаю, это был январь 1976 года. Я прибыл в Бомбей в декабре 1975 года. В то время бомбейский храм представлял собой просто яму в земле и фундамент. Комнаты Прабхупады тогда были на задней части территории. Сейчас это здание Би-би-ти. Итак, Прабхупада приехал в начале января 1976 года, и хотел, чтобы этот проект зашевелился. На следующее утро после утреннего прасада в его комнате состоялось большое собрание. Там присутствовали все люди, которые занимались этим проектом — санньяси, Джи-би-си, президент храма, все люди, абсолютно все. Итак, они сидели в комнате, и проводили это важное собрание. В какой-то момент по лестнице начала подниматься уборщица. Это была бенгальская женщина из соседнего бенгальского поселения. У неё было маленькое деревянное ведро, а также соломенный веник. Каждый день она приходила и убиралась в комнатах. Она поднялась по лестнице, и заглянула в двери, которые были слегка приоткрыты. Она увидела Прабхупаду и других преданных, ведущих беседу. Там были архитекторы, подрядчики и многие другие. Поэтому она не могла войти. Но в то же время она не могла не выполнить служение. Она не могла просто спуститься и уйти, потому что эта одна рупия кормит её детей. Она нуждается в ней. Поэтому она не знала, что ей делать. Она просто продолжала там стоять. Тем временем, между разговором Прабхупада повернул голову направо, и увидел эту уборщицу, стоявшую в дверях. Тотчас же он остановил обсуждение, и сказал:

— Сейчас нам надо остановиться. Пришла уборщица. Когда наступает ее время для уборки, она становится здесь авторитетом. У каждого человека есть своя область власти. И когда наступает ее время для уборки, она становится авторитетом. Поэтому нам надо встать и покинуть комнату.

Так они поднялись и вышли. Джагад-гуру увидел в этой уборщице авторитета. Аманина мана-дена. Он выражал все почтение другим, и не желал почтения к себе.

Таким образом: киртанийах сада харих. Человек сможет постоянно воспевать Святое имя Господа. И мы видели это. Шрила Прабхупада постоянно воспевал Святое имя Господа. Мы видим, что Прабхупада был олицетворением этого стиха, который он за много лет до этого объяснил своему духовному брату. Такова была формула, чтобы получить Кришна-прему. И он собирался распространить её по всему миру. Он был олицетворением этого.

Перевод: Адбхута Гауранга дас (Гопал Кришна Госвами)