नाहं त्वां भस्मसात् कुर्यां स्त्रियं सान्तानिकेऽसति ॥९॥
тйаджа тйаджа̄ш́у душпраджн̃е
мат-кшетра̄д а̄хитам̇ параих̣
на̄хам̇ тва̄м̇ бхасмаса̄т курйа̄м̇
стрийам̇ са̄нта̄нике ’сати
тйаджа — роди; тйаджа — роди; а̄ш́у — скорее; душпраджн̃е — о неразумная женщина; мат-кшетра̄т — из лона, которое должен был оплодотворить я сам; а̄хитам — зачатое; параих̣ — другими; на — не; ахам — я; тва̄м — тебя; бхасмаса̄т — испепеленной; курйа̄м — сделаю; стрийам — женщину; са̄нта̄нике — хотя (ожидаемое тобой) потомство; асати — неправедно зачатое.
Брихаспати сказал: О глупая женщина, я сам должен был оплодотворить твое лоно, но это сделал другой. Так роди, роди же скорее своего отпрыска! Роди его сей же миг! Обещаю, что не испепелю тебя, когда он явится на свет. Хоть ты и неверна мне, я знаю, что ты хотела сына. Поэтому можешь не страшиться моего наказания.
Тара была выдана замуж за Брихаспати и, как целомудренная жена, могла быть оплодотворена только им. Тем не менее она предпочла, чтобы отцом ее ребенка стал Сома, поэтому она названа здесь неверной женой. Хотя по просьбе Брахмы Брихаспати принял Тару обратно, он потребовал, чтобы она немедленно родила свое дитя. Конечно, Тара очень боялась своего мужа и думала, что он накажет ее после родов. Поэтому Брихаспати пообещал Таре, что, несмотря на ее измену, в результате которой она забеременела, она не будет наказана, поскольку хотела сына.